– Ишь, мудрец! – со злобой сказал старший и сплюнул.

– Как лист настелили! – восхищенно заметил помощник, разглядывая изогнутый квадрат линолеума. – Ни за что не догадаешься, что его отдирали, – и он показал Свену на ровные, будто срезанные бритвой края.

– Сообщники – дело последующего контроля, – заметил старший. – Думаю, им тоже не поздоровится, как и этому, – он пнул ногой угол контейнера.

– Осторожней, – вырвалось у Свена. – Может треснуть, как вчера на улице Слез…

– И все слезки вытекут, – захохотал помощник.

– Тогда беглеца и впрямь не поймаешь, – позволил себе улыбнуться старший. – А скажи-ка, мудрая голова, с чего это ты стал таким добрым к беглецам?

– Вовсе не стал я добрым, – запротестовал Свен. – Просто забочусь о рабочей силе…

– Давай-ка сюда! – распорядился старший, и шагающий манипулятор, по-собачьи перебирая щупальцами, приблизился к белому прямоугольнику контейнера с беглецом и остановился, ожидая приказаний.

– Бери эту штуку и ступай в аппарат. Мы сейчас придем, – сказал старший.

Тележка подогнула свои передние щупальца и ловко взвалила контейнер на платформу. Затем ловко выскользнула, оставив дверь открытой. Перестук щупалец быстро переместился по коридору и замер в отдалении.

– А она, наверное, неполная, гелия не хватило. Слышали, булькнула, когда грузилась? – сказал Свен.

– Я бы все эти штуки разбивал на месте, – произнес негромко помощник. – Ну, чего в Центре с ними церемонятся?

Старший промолчал.

– Дезертиры, – распаляясь, продолжал помощник. При каждом удобном случае он старался продемонстрировать свои верноподданические чувства. – В момент наивысшего напряжения нации они бегут с поля боя, поджав хвост.

В Центр возвращались на довольно большой высоте, опасаясь внезапного выстрела снизу. С нахлынувшей тоской, обычной в последнее время, Свен глядел вниз. Город был освещен скудно – каждый ватт энергии находился на жестком учете.