– Спасибо, Шейла, вкуснотища! Мое любимое!

Она врет или ей и вправду нравится эта гадость?

– Пожалуйста, Элис, – ласково ответила мама. – Всегда приятно видеть девочку со здоровым аппетитом. Кстати, на десерт у нас несколько блюд.

Я скрестила пальцы за спиной.

«Пожалуйста, пусть это будет что-нибудь действительно вкусненькое! Мороженое или пирог!»

Элис продолжила улыбаться:

– Надеюсь, какой-нибудь фрукт.

Мама улыбнулась ей в ответ:

– Тебе повезло, Элис. У меня есть яблоки, бананы и зеленый виноград.

Улыбка Элис стала еще шире:

– Да я сегодня везунчик!

Мама отвернулась, чтобы помочь Рози совладать с хлебом и хумусом, а я тут же зашептала:

– Ты что творишь, Элис? Мама никогда не поверит, если будешь продолжать в том же духе.

– Не поверит во что? – невинным голоском спросила Элис.

– Брось, сама знаешь. В то, что это твоя любимая еда.

– Ну, хорошо! Может, и не совсем любимая, но вполне съедобная. К тому же мне приятно, что Шейла так старалась и готовила все это. Моя мама никогда бы не заморочилась подобным, а просто купила бы нам пиццу.

– Так и хорошо! – возмущенно воскликнула я, я-то видела пиццу раз в сто лет.

Элис захихикала:

– Так и пицца тоже приедается!

Я вздохнула:

– Хотела бы я, чтобы мне приелась пицца.

Элис в свою очередь тоже вздохнула:

– А мне бы хотелось, чтобы моя мама хоть немного больше готовила.

Я засмеялась:

– Надеюсь, твое желание сбудется. И не забывай, Эл, первые тринадцать лет – самые трудные!

– О чем это вы шепчетесь, девочки? – спросила мама, поворачиваясь к нам. – Ешьте, не болтайте. Если надо, положу добавку.

– Ням-ням, – прочавкала Элис, и все засмеялись.