– Я посмотрю, в чем дело.

– Давай. — Толли проверила заряды своих омнибластеров. Кроме оружия, она нагрузилась мешком для образцов и небольшим рюкзаком с припасами. На ремне у нее красовались два переговорных устройства и навигационный прибор, указывающий ее местонахождение по отношению к спускаемому аппарату, куда бы она ни забралась. Я знал, что бластерами ее арсенал не исчерпывается.

– Можете отлучаться в свои катера для проверки приборов, но дальше не отходите, — решительно проговорила она. — И не снимайте скафандры. Кто знает, вдруг здесь в любой момент может опять возникнуть вакуум. Не теряйте бдительность. Понятно?

– Почему? — спросил я.

Она сбегала на свой корабль и возвратилась с реактивным ружьем за спиной.

– Похоже, нас тут ждали. Я схожу на разведку: может, познакомлюсь с хозяевами. А вы сидите тихо.

Я проводил ее взглядом. Мне показалось, что, сделав всего несколько шагов, она пропала за горизонтом. Может, я был так ошеломлен, что потерял представление о времени? Повернув голову, я увидел Лию в шлюзе жилого пузыря. Вернувшись к своему кораблю, она снова стала снимать показания приборов. Ее походка показалась мне странной; приглядевшись, я понял, что она не касается грунта. Видимо, «дробность» поверхности продолжалась и на микроскопическом уровне: крохотные трещины были меньше, чем длина световой волны, и располагались так тесно, что выдерживали вес человека, оставаясь при этом совершенно невидимыми.

Я принес из своего корабля Моряка.

– Здесь тысяча и один парадокс, — сказала мне Лия. Стоя рядом с пузырем, она рассматривала безоблачные небеса.

Я кивнул. Вспомнив предостережение Толли, я застегнул костюм. Моряк преспокойно сидел у меня на плече и довольно щелкал клювом.

– То, что птица дышит, тоже необъяснимо. Ты меня видишь?

– Разумеется!

– А ландшафт?

– Тоже.

– Интересно, каким образом? Ведь от Солнца нас отделяет полтриллиона километров. Откуда берется свет?