Вставай, ты, слабоумный.

Он встал. Если возвращение в Кабины было лишено смысла, то сидеть тут - тем более. Но в первую очередь удерживало его от возвращения сознание того, какой безразличной будет реакция: старательно избегающие взгляды, глупые шуточки насчет того, какая судьба уготовлена Гвенне, и наказание за ее утрату. Он не спеша направился назад, продираясь сквозь переплетение водорослей.

Прежде чем он появился на поляне перед баррикадой, он свистнул. Его узнали и пропустили в Кабины. За время долгого его отсутствия в Кабинах произошли значительные перемены, которые он не мог, несмотря на свою подавленность, не заметить.

Серьезной проблемой для племени Грина являлась одежда, на что указывала ее разнородность. Не существовало двух одинаково одетых

- 12

людей, и это в условиях, при которых индивидуализм не был по меньшей мере распространенным качеством.

Одежда не служила племени защитой от непогоды - с одной стороны, прикрывала наготу и успокаивала страсти, с другой - являла собой более легкий способ для определения общественного положения. Только элита, а значит, стражники, охотники и люди с положением могли позволить себе нечто вроде мундиров, остальные же представляли из себя разнородную толпу, наряженную в всевозможного вида ткани и шкуры.

В эту минуту старые и бесцветные одеяния выглядели как новые. Даже самые нищие из нищих разгуливали в прекрасных зеленых лохмотьях.

- Что тут, черт побери, творится, Батч, - спросил Комплейн проходившего мимо мужчину.

- Сегодня утром стражники нашли склад с красками. Покрасься. Готовится великий праздник.

Неподалеку собралась взволнованная, суетящаяся толпа. Вдоль борта развели костры, на которых, словно котлы колдуний, стояли наполненные кипящим содержанием все оказавшиеся свободными сосуды.