Он нажал на переговорный ключ.
- Алло, говорит Вовсей, модуль Пять. Мы уже возле корабля. Кто там подходит следующий?
- Ламерикс, модуль Первый, - донесся ободряюще знакомый голос. - Хеллоу, Виктор, Дейв! Рад видеть вас... если, конечно, это вы.
- Разумеется, мы, а кто, ты думал?
В репродукторе послышался несколько деланный смешок Ламерикса:
- В такую минуту я даже не берусь предполагать...
Вовсей собирался выключить микрофон, но затем передумал:
- Надеюсь, Эвмук разберется, что к чему, и без разговоров разнесет эту семерку, пока она не успела что-нибудь выкинуть с нами.
- А если она ничего выкидывать и не собирается, тогда как? Быть может, она просто хочет нас подразнить, - заметил Сарджнор и, вытащив бутерброд, откусил его. Он рассчитывал плотно закусить хорошим бифштексом на борту корабля, но, похоже, что обед немного запоздает.
- Что ты имеешь в виду? - спросил Вовсей.
- А то, что даже на Земле, на нашей родной планете, есть птицы, которые охотно имитируют голос человека, а если взять обезьян, то те вообще любят подражать людям без всякой задней мысли. Просто такова манера их поведения, и только. Быть может, эта штука просто суперподражатель и принимает форму любого нового предмета, который видит, просто так, даже не желая этого.
- Существо, могущее принимать форму огромной сорокафутовой машины?! Ну, Дейв, знаешь, я поверил тебе насчет драмбонсов, но тут ты хватил через край.
Сарджнор передернул плечами и опять принялся за бутерброд. Он видел драмбонсов во время своей сто двадцать пятой поездки на планету с огромным притяжением. То были животные в форме колеса, у которых, в противоположность людям и большинству других живых существ, кровь оставалась постоянно на месте, внизу, а тело непрерывно вращалось, обеспечивая циркуляцию крови в организме. Бывалому геодезисту всегда с большим трудом удавалось убедить новичков по работе, что драмбонсы действительно существуют, драмбонсы и сотни других не менее странных существ. Главный недостаток нынешних мгновенно совершаемых рейсов состоял в том, что путешествия ничем не обогащала разум и не расширяли кругозор. Вовсей, например, находился да расстоянии пяти тысяч световых лет от родной Земли, но поскольку не проделал этот путь пешком, а перескакивал с одной звезды на другую, то мысленно все еще не вышел дальше орбиты Марса.