Любые проявления эгоизма, своеволия и безнравственности правящего демона (Хозяина) не считаются преступлением против свободных демонов.) Однако какую репутацию он себе создает. А уж мне-то! Чего захотел! Чтоб я прислуживал ангелочку!! Я расправил, было, плечи, собираясь отказаться выполнять дурацкие приказы, и напомнить Буллферу о Пункте первом Устава (п.1.1. Демон свободен.). Но вовремя вспомнил Пункт второй (п.2.1. Свобода демона принадлежит Хозяину.), — и бросился выполнять приказание.

Уже через несколько секунд одни бесы тащили бочку с водой, другие ворох шелковых простыней, третьи сервировали стол — парадный вариант номер четыре, на две персоны. В изящных каменных цветках светильников взметнулись язычки огня, распространяя тепло. Приятный аромат горящих фиалковых лепестков поплыл по залу.

— Будут еще приказания, хозяин? — спросил я, несколько запыхавшись, когда апартаменты Буллфера превратились в подобие ангельского гнездышка.

— Нет, это все.

А ангелочек вблизи выглядит совсем не таким сияющим: лицо утомленное, туника в грязи, ремешок на одной из сандалий порвался…

— Услуги массажиста не требуются? — Все-таки я не смог сдержать приступа естественного хамства в присутствии ангела. — А может быть, спинку потереть?

Ангелок зарделся, а Булф усмехнулся и сказал добродушно:

— Иди отсюда.

Я поклонился, свистнул бесов и удалился. Недалеко, до ближайшего зеркала, хитро вмонтированного в стену. За это можно было схлопотать от хозяина, но любопытство оказалось сильнее меня. Я заглянул в стекло, которое тут же стало прозрачным.

Ангелок по-прежнему с улыбкой оглядывался по сторонам, Булф стоял перед ним.

— У тебя здесь… уютно, — сказал ангел.

— Нравится моя берлога? — спросил Хозяин каким-то не своим голосом, слишком вежливым.

— Да.

— Ты можешь привести себя в порядок. Умыться и… все такое.

— Спасибо.