— Большое спасибо, — вежливо сказала Кейт, возвращая письмо.

— Я подумала, что, может быть… — сказала миссис Мей (и тут, наконец, Кейт заметила, что щеки старой дамы порозовели, словно от смущенья), — что вдруг ты захочешь поехать со мной.

— Поехать… куда? — спросила Кейт с недоумевающим видом.

— Кейт, милочка! — воскликнула миссис Мей. — Зачем же я показывала тебе письмо? В Лейтон–Баззард, естественно.

Лейтон–Баззард? Много лет спустя, когда Кейт описывала эту сцену своим детям, она говорила им, что при этих словах сердце ее быстро–быстро забилось, еще раньше, чем до ее сознания дошел их смысл. «Лейтон–Баззард… знакомое название… Да, так называется небольшой городок где–то… где–то, кажется, в Бедфордшире?» — Туда, где был дом двоюродной бабушки, тети Софи, — подсказала ей миссис Мей. — Туда, где, по словам брата, он видел добываек.

И не успела Кейт прийти в себя от изумления, миссис Мей добавила деловым тоном:

— Мне оставили по завещанию небольшой домик в поместье Стаддингтонов — том самом, где стоит большой дом, и… — тут она еще сильней покраснела, словно то, что она хотела сказать, казалось ей самой почти чудом, — …и триста пятьдесят фунтов. Хватит, — добавила она радостно и изумленно, — на полный ремонт.

Кейт молчала. Прижав стиснутые руки к груди, словно стараясь сдержать неистовые удары сердца, она во все глаза глядела на миссис Мей.

— А мы увидим этот дом? — спросила она наконец охрипшим вдруг голосом.

— Конечно, потому–то мы и едем туда.

— Я хочу сказать — большой дом, дом тети Софи?

— А, Фирбэнк–Холл, как его раньше называли? — у миссис Мей был немного озадаченный вид. — Не знаю, возможно, нам и удастся туда попасть. Все зависит от того, кто там сейчас живет.

— Я хочу сказать, — продолжала Кейт, стараясь взять себя в руки, — даже если мы не попадем внутрь, вы ведь можете показать мне решетку под кухней и склон, где гуляла Арриэтта, а если приоткроют хоть самую чуточку входную дверь, вы ведь покажете мне, где стояли куранты?