- Не понимаю.

- Мы скажем, что радиус действия этого устройства равен пятидесяти футам, а на самом деле он составит две тысячи миль, вы объявите, что выкрали его у нас и чертежи его будут приложены к каждой книге...

- Что это за устройство?

- Оно помогает людям понимать друг друга.

- Мы прекрасно обходимся без него.

- Вздор! Вы общаетесь при помощи этикеток. Ваши слова - все равно что куча пакетов под рождественской елкой. Вы знаете, от кого они и какой у них размер или форма, а иногда вам даже слышно, как внутри что-то звенит или тикает. Но вы не знаете точно, что именно находится внутри, пока не вскроете пакет. Вот для этого и предназначено наше устройство. Он вскрывает слова и показывает, что внутри. Если каждое человеческое существо, независимо от возраста, происхождения и языка, сумеет понять, чего хочет другое человеческое существо, и к тому же будет знать, что и оно, в свою очередь, будет понято, то не успеешь оглянуться, как мир станет совсем иным.

Филипсо задумался.

- Нельзя станет торговаться, - сказал он наконец, - нельзя будет даже объяснить... если сделаешь что не так...

- Объяснить-то как раз будет можно, - возразил Хуренсон, - соврать будет нельзя.

- Вы хотите сказать, что каждый загулявший супруг, каждый напроказивший школьник, каждый преуспевший бизнесмен...

- Совершенно верно.

- Но это же хаос, - прошептал Филипсо, - развалятся сами устои нашего общества...

- Понимаете ли вы, Филипсо, что вы сказали? - добродушно рассмеялся Хуренсон. - Что ваше общество держится на лжи и полуправде и что, лишившись этой опоры, оно развалится. Вы правы. Возьмем, к примеру, ваш Храм Космоса. Что, по-вашему, произойдет, когда ваша паства узнает правду о своем пастыре и о том, что у него на уме?