В комнате с радиоаппаратурой было окно. Фолк долго смотрел на марсианскую пустыню, окрашенную сейчас в фиолетовый цвет, ибо солнце как раз опускалось за горизонт. Совершенно чужой пейзаж. Звезды непривычно ярко блестели в почти черном небе, и Фолк обнаружил, что его взгляд невольно устремляется к ним.
Он мысленно провел огненные нити между звездами. "Кошачья колыбелька" из звезд. Мысль о том, что завтра он будет стоять на планете под лучами одного из этих далеких светил подействовала на него, как ледяной душ. Сознание отворачивалось от этой мысли, как от размышлений о собственной смерти. И в то же время идея притягивала его. Фолк чувствовал себя, как мальчишка на краю черного омута, неподвижная вода которого может скрывать сокровища - или смерть. Он боялся нырнуть, но знал, что иначе поступить не сможет.
Как может человек не стремиться перешагнуть порог, зная, что дверь открыта?!
Вольферт внезапно сказал:
- Вы не спросили, доложил ли я на Землю о том, что нашел вас в грузовой капсуле.
Фолк перевел взгляд на него.
- Доложили, конечно, - спокойно сказал он. - Это не играет роли. Я уйду раньше, чем они успеют что бы то ни было предпринять. Вы скажете им, что я одолел вас и сбежал через Дверь. Они не смогут доказать, что это ложь. Разве что ваша аналоговая программа включала запрет лгать...
- Нет, - сказал Вольферт. - Я способен на ложь. Пусть будет так, только лучше я скажу им, что вы так и не оправились после замораживания. Умерли во сне. А труп я сжег. Но почему вы решили, что я вам помогу?