Русса склонилась над ним.

— Послушай, малыш. Ты можешь звать меня Руссой, подругой, другом — как угодно. Но прекрати называть меня госпожой, я чувствую себя старой гусыней!

Таммо искоса взглянул на нее, и в его глазах заплясали чертики.

— Ладно, подружка, но и ты прекрати называть меня малышом, а то я начну обращаться к тебе «старая гусыня»!

Русса незаметно усмехнулась, снимая с него рюкзак. Вопреки желанию, ей начинало нравиться общество Таммо.

— Давай-ка снимем с тебя эту тяжесть, Тамм. Здесь никак нельзя останавливаться, мы сделаем привал чуть позже.

Таммо слегка размял спину и поинтересовался:

— А почему? Нормальное место. Белка указала на два далеких холма.

— Нам надо уйти за них до полудня. Ладно, давай-ка подзаймемся твоим образованием, мал… ммм… приятель. Подумай сам, почему лучше разбить лагерь там, а не здесь?

— Понятия не имею, подружка. Объясни. Русса надела рюкзак.

— Ну, для начала, это слишком открытое место, здесь нас видно за много миль. Хороший лагерь должен укрывать от непогоды и от посторонних глаз. Незачем всем и каждому знать, где мы.

Зайчонок слушал, открыв рот.

— Да, пожалуй, ты права.

— Могу поклясться, что права, — подмигнула белка, — но прежде, чем мы двинемся дальше, хочу объяснить тебе еще кое-что. Днем будет жарко, и лучше будет поспать пару-тройку часов, чтобы восстановить силы. Перекусить мы сможем перед сном, это полезно для пищеварения. А вот если бы мы поели и попили сейчас, то потом, на сытый желудок, мы добирались бы в два раза дольше. Ну а теперь — в путь, приятель. Я понесу рюкзак, это будет по-честному.

Таммо заскользил вниз по глинистому склону. После недолгого отдыха он чувствовал себя намного лучше, да и бежать без рюкзака было легче.

— Конечно, по-честному, — крикнул он Руссе, — учитывая вес твоих тридцати блинков!

Русса оценила шутку, но молниеносно отреагировала:

— Эй, потише там, на ослабевшем фронте! А то сейчас так припущу, что будешь целый день пыль глотать. Пользуясь тем, что находится у нее за спиной, Таммо состроил белке рожицу.