- Мог ли он войти в здание снова так, чтобы ты его не заметил?

- Да, это возможно, но маловероятно. Если он вернулся со своей виллы, он бы наверняка приехал в своей колеснице, потому что путь оттуда долог. Но кто слышал, чтобы Каллиан Публико возвращался? Даже если бы я был с другой стороны Замка я бы услышал стук колес колесницы по мостовой. А я ничего такого не слышал.

- И дверь вечером была заперта раньше?

- Я могу в этом присягнуть. Я пробовал, все ли двери заперты несколько раз за ночь. Дверь была заперта еще часа полтора назад - тогда я пробовал ее последний раз перед тем, как обнаружил, что она отперта.

- Ты не слышал никаких криков или шума борьбы?

- Нет, господин. Но это не странно, потому что стены в Замке такие толстые, что ни один звук не проникнет через них.

- Зачем вдаваться во все эти расспросы и размышления? - недовольно сказал дородный префект. - Вот кто нам нужен. Отведем его в суд, и я выбью из него признание или размелю его кости в кашу.

Деметрио посмотрел на варвара.

- Ты понял, что он сказал? - спросил инквизитор. - Что ты можешь сказать в ответ?

- То, что любой, кто коснется меня, быстро отправится на встречу со своими предками в ад, - процедил Киммериец сквозь сжатые зубы. Его глаза сверкали злым огнем.

- Зачем ты пришел сюда, если не ты убил этого человека? - продолжил Деметрио.

- Я пришел украсть, - угрюмо ответил юноша.

- Украсть что?

Конан заколебался.

- Еду.

- Ложь, - сказал Деметрио. - Ты знаешь, что здесь нет еды. Или ты скажешь мне правду, или...

Киммериец положил руку на рукоятку меча, и его жест был полон угрозы, как оскал тигра.

- Оставь свои запугивания для трусов, которые боятся тебя, проворчал он. - Я не выросший в городе немедиец, чтобы раболепствовать перед твоими наемными псами. Я убивал людей и получше тебя и за меньшее.