— Но после твоего вмешательства первая фаза растянется на более долгий срок, чем планировалось в начале эксперимента, напомнил Бертон.

— Мне кажется… Я уверен, что процент «продвинувшихся» будет намного выше, если воскрешенным дать больше времени. Я не мог примириться с духовной гибелью, на которую обрекались миллиарды претендентов, и, чтобы отсрочить их смерть, мне пришлось стать отступником и убийцей. Я предал своих товарищей, приговорив себя к тому, что уже никогда не буду «продвинувшимся». И моим единственным оправданием является тот факт, что я сделал это из любви к людям.

В физическое воскрешение верили и христиане и мусульмане. И вот оно действительно наступило. Однако замысел этиков больше соответствовал буддизму — они добивались слияния души с Всесущим Первоначалом.

Во время того разговора Лога уловил ход его мыслей и с улыбкой спросил:

— Скажи мне, Дик, только честно… Неужели ты действительно не веришь, что можешь стать «продвинувшимся»? Неужели надежды на это нет даже в самом сокровенном уголке твоего ума?

Бертон с удивлением посмотрел на Логу и, помолчав, задумчиво ответил:

— Вера есть, но не в то, о чем ты говоришь. Я просто не могу принять такие вещи, как переход на новый уровень бытия. Кроме того, нет никаких доказательств, что стадия «продвижения» существует.

— Она существует, Дик! Когда разумное существо умирает, достигнув особой стадии — давай назовем ее добротой, а не этическим совершенством, наши приборы больше не воспринимают его ватан, или то, что вы считаете душой.

— Это означает только исчезновение ватана, — произнес Бертон. — На самом деле ты не знаешь, что с ним происходит дальше.