Моя милая поцеловала меня, но через секунду была похищена, а собравшийся народ избрал меня на освободившееся место более могущественного властителя и надел на меня все его рубиновые украшения. Та же самая история повторилась еще пару раз, и к концу первого тома я успел перебить около десятка тысяч народу, стать принцем всей округи, отцом инкубаторского яйца, и обрасти слоем из золотых, серебряных, алмазных, платиновых и т.д вплоть до урановых украшений тонны этак на полторы.

Потом я умер совсем и пришел в себя лет через десять. Первое что я увидел был все тот же зеленый насекомый человек, у которого уменьшилось число зубов, но увеличилось число золотых украшений. Он сражался с кровожадными уродами в виде дуболомов из сказки про Урфина Джюса, но со слоновьими хоботами вместо рук. Мы с ним на пару долго их убивали, а потом случайно нашли единственное на всю округу дерево с дуплом, в котором можно было спрятаться и передохнуть. Мы таки спрятались и стали передыхивать, и мой благородный душой друг рассказал, что за время моего отсутствия похитили не только мою красивую, но и сына, вылупившегося из яйца. Кровь предков закипела в моих жилах, и я случайно нашел дорогу в мрачный храм. Там мы встретили множество марсианских слонопардов и рабыню, которая умела подсказывать им, кого надо, а кого не надо грызть. (Она оказалась там случайно.) Убив всех собравшихся позлорадствовать жрецов, я воспользовался случайным сходством с главным из них, и, надев его золотые украшения, пошел поднимать восстание. Оно поднялось охотно, и я убил всех жрецов, кроме двух. Они случайно проходили рядом со мной и один подробно рассказывал другому, где прячут мою восхитительную и моего единственного, причем пароль повторил дважды, опасаясь видимо, что его плохо слышно. Кровь предков и так уже кипела в моих жилах, но тут она закипела дальше некуда. Убивая всех, кто попадался на глаза и не был благороден душой я освободил свою несравненную, и она меня поцеловала, но была похищена в другой храм.