Александр Зорич

Боевая машина любви

(фрагменты романа, главы 1-11)

ПРОЛОГ

Барон Вэль-Вира велиа Гинсавер сидел в резном деревянном кресле и апатично перебирал можжевеловые четки.

Ноги его были накрыты медвежьей шкурой, зрачки бесцельно блуждали пустотой зала для аудиенций. Справа от барона на треножнике лежали свежие угли. То и дело Вэль-Вира подносил руки к треножнику и подолгу грел их.

С тех пор, как погибла Радна, он все время чувствовал холод и никак не мог согреться. Как будто Радна забрала с собой часть его жизненного тепла. Иногда Вэль-Вире казалось, что дни его сочтены и вслед за Радной уйдет и он сам.

Дверь зала распахнулась. На пороге возник дворецкий. Судя по выражению его лица, он был готов к незаслуженной взбучке со стороны господина.

- Милостивый гиазир, извольте принять... - начал дворецкий, но Вэль-Вира грубо оборвал его.

- Я что, неясно объяснил тебе? Меня не беспокоить!

- Вы очень ясно объяснили, милостивый гиазир. Очень ясно. Но только там бароны Маш-Магарт пожаловали. Барон Шоша и баронесса Зверда.

- Да хоть владетели воздуха и тверди! - взревел Вэль-Вира.

От пережитого горя его рассудок стал нечуток к таким аристократическим безделкам, как этикет или благоговение перед владетелями воздуха и тверди.

- Но мы не можем их не принять! Это будет более, чем оскорбление, частил дворецкий. - К тому же, они приехали выразить соболезнования в связи с вашей, то есть нашей, - поправился дворецкий, - утратой.

Вэль-Вира бросил на дворецкого яростный взгляд. Впрочем, осмысленности в нем теперь поприбавилось. Дворецкому показалось, что его увещевания подействовали.

- Ах, соболезнования! Вот оно что! Они приехали выразить соболезнования! Ну тогда милости просим! - со злым сарказмом заключил Вэль-Вира.

Некоторое время спустя в зале появились бароны Маш-Магарт: одетая в траурные белые одеяния баронесса Зверда, чья резкая, агрессивная красота всегда настораживала Вэль-Виру, и ее супруг барон Шоша - невысокий, немного тучный, но очень крепкий мужчина, с виду тянущий лет на сорок.