Роджер расхохотался:
- Но я же не предлагаю стоять рядом с этой штукой во время взрыва. Я уведу корабль куда-нибудь подальше на десять, а если тебе этого мало, то и на двадцать миллионов километров. Никакой ядерный заряд в бомбе таких размеров не причинит нам вреда на расстоянии десяти миллионов километров. Не забывай, что у нас на корабле вполне сносная защита.
В этом Роджер был прав - их судно было оснащено максимально допустимым защитным экраном. Бешван, однако, никак не мог успокоиться:
- Роджер, одумайся, вспомни о Запретительном кодексе. Ведь это тот самый случай. Вспомни о Звездном Молоте - я имею в виду первую войну, когда он только что был изобретен.
Ксермин только отмахнулся:
- Твой кодекс - дело рук кучки бюрократов. Небось его писали кисейные барышни, которые сами никогда и носа не высунули в космос. Им бы только пудрить нам мозги, раз у самих нету пороху. Так что смелее, Прамод!
- Но, Роджер, та древняя война велась с применением разрушительных технологий. И если это бомба, оставшаяся с тех времен, то не исключено, что она таит в себе заряд, способный уничтожить целиком всю систему.
Роджер снисходительно усмехнулся:
- Послушай, Прамод, уж я в этом кое-что понимаю. И тебе не стоит об этом забывать. Я ведь пять лет отпахал в ледниках, работая с ядерными зарядами. Уж в чем-чем, а в них я разбираюсь. Уверяю тебя, никакая бомба таких размеров не причинит нам вреда с расстояния в десять миллионов километров - даже высококлассный термоядерный заряд типа "феникс". Наша тыква слишком мала. Поэтому, брось свои страхи, все будет нормально.
Бешван замахал руками, пытаясь перехватить инициативу:
- Погоди, Роджер! Выслушай меня. Лучше вспомни о Молоте, голубчик. И ребенку известно, к чему это может привести.
Тут Роджер кивнул в знак согласия.
- Это точно, про лаовонов все помнят, как их вытурили их нашей части Галактики. Конец Тирании! С тех пор дела пошли на лад. Даже для них самих, скажу я тебе. По крайней мере, с тех пор, как империя распалась, у них появились разные виды государственного правления.