Она явно хотела возразить, но приказ есть приказ. И хотя нам предстояло по крайней мере тридцать шесть часов путешествовать вместе в костюмах Адама и Евы, она настояла на том, чтобы раздеваться мы разбрелись по кустам. Я не спорил.

Скромно зайдя за дерево, я снял трусы, и в этот миг до меня долетел запах сигары. Скинув со спины бак с водой, я выступил на узкую тропинку... и остановился ошарашенный.

Опершись на ствол дерева, скрестив короткие ножки, покуривая гаванскую сигару и заложив большие пальцы за воображаемый жилет, передо мной стояло чудовище.

Наверное, мне следовало не пугаться, а веселиться. Чудище сошло прямо со страниц очень популярного комикса. Ростом оно было добрых семь футов, ярко-зеленое, с крупной желтокоричневой чешуей на груди и животе, очень короткими ногами и непомерно вытянутым туловищем. Лицом оно было наполовину человек, наполовину - аллигатор. На темени его торчали две огромные шишки, а на них - большие, как блюдца, глаза.

Выражение лица чудовища было одновременно высокомерным, благодушным и глуповатым. Именно таким рисовал его художник - вплоть до того, что вместо пяти пальцев у него было четыре.

Причиной моего потрясения была не только неожиданность его появления. Есть большая разница между тем, что изображено на картинке, и тем, что видишь во плоти. На страницах комиксов эта тварь выглядела милой, забавной и привлекательной. Ожив, она стала попросту кошмарной.

- Не бойся, - произнесло видение. - Скоро ты ко мне привыкнешь.

- Ты кто? - спросил я.

Тут из-за дерева вышла Алиса. Она разинула рот от изумления и мертвой хваткой вцепилась в мою руку.

Чудовище помахало сигарой.

- Я Аллегория с берегов Иллинойса. Добро пожаловать во владения Великого Махруда, пришельцы.

Что он хотел сказать последними словами, до меня не дошло.

И только через минуту я понял, что титул его был совместным каламбуром автора вышеупомянутого комикса и героини одной из пьес Шеридана, миссис Малапроп.