Алиса приложила руку к горлу.
— Ни с того, ни с сего так пить захотелось!
— Ничего не поделаешь, — прохрипел я. — Нужно искать источник незагрязненной воды.
Бидон был девственно пуст. Констатировав этот печальный факт, я заметил у кустов нечто белеющее. Это оказались мои зубы. Повернувшись к Алисе спиной, я водрузил их на место и, чувствуя себя намного увереннее, напомнил ей, что пора отправляться в путь.
Так мы и поступили. Мысли Алисы раздражающе вертелись вокруг воды.
— Конечно же, здесь должны оставаться колодцы или ручьи, которые остались чистыми. Ведь Отвар только в реке, не так ли?
— Если бы я был в этом уверен, то не стал бы брать с собой бидон, — не пытаясь увиливать от прямого ответа, признался я.
Она было открыл рот, чтобы возразить, но тут мы услыхали голоса впереди, увидели пламя приближающихся факелов и поспешно спрятались в кустах.
Идущие по тропе громко пели хором. В мелодии легко узнавался «Боевой Гимн Республики», но текст был составлен из исковерканных латинских слов. Вряд ли хоть кто-нибудь из них понимал, что поет.
Словом, что-то вроде хвалы всемогущему Ослу, прославляющей его сошествие на землю.
Через некоторое время толпа наткнулась на своего истекающего кровью бога, который все еще не пришел в сознание.
— Уйдем, — прошептала Алиса. — Если они найдут нас, то разорвут на куски!
Однако я предпочел бы остаться и понаблюдать за этими людьми, чтобы глубже понять мотивы их поведения и выработать правильную линию общения с туземцами. Она согласилась со мной. Несмотря на нашу обоюдную неприязнь, должен признаться, что ума и смелости ей не занимать. Можно было даже простить некоторую ее нервозность. В конце концов, на то были серьезные причины.