Хамид почувствовал, как горят щеки. Отец мало что хорошего говорил о Фудзияме. Кто бы мог подумать, что эти двое будут говорить о нем? Знал бы Хамид заранее, он бы сюда не пришел ни за что. Сейчас подмывало вскочить и заорать на старика, чтобы не лез не в свое дело. Но Хамид лишь покачал головой и тихо ответил:
- Тому есть личные причины.
Ларри посмотрел внимательно, будто решая, стоит ли докапываться до сути. Одно только слово, и Хамид знал, что нарыв тут же прорвется. Но старик вздохнул, заглянул за край стола, где лежала Болтунья, пожирая глазами радиатор.
- Слушай, Болтунья, присматривай за этим мальчишкой получше.
Болтунья ответила таким же пристальным взглядом:
- А как же!
Квартира Хамида была на южном краю кампуса. Она была большая и дешевая, что могло бы показаться удивительным для старейшего университета планеты всего в нескольких километрах к югу от столицы. Задняя дверь выходила на километры девственных лесов. Еще не скоро начнется разработка земель к югу отсюда. Первые зоны посадки были всего в двадцати километрах, и в сильную бурю на север мог залетать горячий материал. Пусть всего пятьдесят процентов от естественного фона, но если для колонизации свободна вся планета, зачем расширять города в сторону зон первой посадки?
Хамид поставил общественный велосипед к стойке перед домом и тихо обошел здание. Наверху был свет, стояли обычные мопеды других жильцов. Позади, в конце дома, стояло что-то… тьфу ты черт, это хэллоуинское пугало!
Хамид и Болтунья прошли в свой конец здания. Сумерки уже угасли, и лун на небе не было. Концы пальцев замерзли до онемения. Он сунул руки в карманы и остановился, чтобыпосмотреть на небо. Звездолеты Каравана на этой долготе держались на синхронной орбите, цепью ярких точек в южном небе. И что-то темное, слишком правильной формы для облака, висело прямо над головой. Наверное, защита, которую обещал Ларри.