Но против того же Лобстермэна в честной драке бы не выстоял — однако Лобстремэн ходил у него в шестерках… После школы они разъехались, кто-то поступил в университет, кто-то устроился работать в автомастерской, кто-то подался в армию — словом, дружба сама собой сошла на нет, и Стюарт не вспоминал этих имен, наверное, лет двадцать. Да и не жалел об этом. Пожалуй, Бертел был единственным, равным ему по интеллекту. Остальные годились разве что для дурацких мальчишеских шалостей да для защиты при конфликтах с другими компаниями…

Теперь никого из них нет. И неизвестный псих подбирается к последнему из компании.

— Вы уверены, что дело именно в этом? — Стюарту очень хотелось найти другое объяснение. — Может, их связывало что-то еще… Совместный бизнес или… (Да какой, к черту, совместный бизнес мог быть у тех же Бертела и Джелена?)

— Нет, сэр. Мы проверили. Они жили в разных концах страны и давно не поддерживали связей между собой. Никаких общих дел, никаких общих знакомых. Кроме друг друга и вас, разумеется.

— Погодите, вы что же, хотите сказать, что подозреваете меня?

— Нет, мистер Стюарт. Конечно, сперва у нас мелькнуло такое подозрение, но у вас железное алиби. Когда убили Хиллза, вы были на презентации вашей книги, раздавали автографы чуть ли не тысяче свидетелей. В день смерти Джелена вы присутствовали на заседании Пенклуба, в тысяче миль к востоку от места преступления…

— Тогда, я полагаю, у вас уже должны быть зацепки? С вашими возможностями не так сложно взять список нашего класса и проверить, у кого нет алиби ни по одному случаю.

— Совершенно верно, мы так и делаем. Хотя проследить путь каждого из ваших одноклассников не так-то просто. Мы живем в свободной стране, не забывайте. К тому же, преступник мог учиться и в другом классе вашей школы. Однако еще до окончания этой проверки нам удалось задержать подозреваемого.

— Удалось? — Стюарт почувствовал безмерное облегчение.