Светлана Савельевна была молода и хороша собой. Папе всегда нравились такие — тоненькие, с серьезными лицами и сдержанными манерами. Поникший было Папа несколько оживился. А после того, как Наташка Несмирная позвала его к себе за парту, Папа подумал, что все сложилось не так уж плохо.

Светлана Савельевна начала урок.

— Как она? — спросил Папа у Наташки.

Наташка состроила гримасу, которую можно было истолковать по-разному, но из которой следовало, что ее мнение об учительнице не слишком высокое.

— Молодая… Неопытная… Сойдет… — Наташка неожиданно подпрыгнула, поймала спикировавшего на парту голубя и нетерпеливо выдернула у него хвост. Она удовлетворенно улыбнулась и приготовилась насладиться запиской. Папа покосился на записку и узнал каракули Сына. Папа возмутился, но гораздо сильнее была возмущена Светлана Савельевна.

— Несмирная, — строго сказала она. — Дай сюда это.

Под этим можно было понимать что угодно, но Наташка поняла правильно.

— Не дам, — сказала она.

— Быстро клади на стол, или я поставлю двойку по поведению.

— Записка носит личный характер, — не без гордости заявила Несмирная.

— Сначала стань личностью, а потом получай личные записки. — После короткой внутренней борьбы верх одержало любопытство. Светочка подошла к Наташе Несмирной, схватила ее за руку и разжала кулачок.

— Вы не имеете права, — вмешался Папа, — это насилие! У нас тайна переписки.

— У нас в классе нет тайн друг от друга. И мы сейчас все вместе, — Светочка выделила слово «вместе» и обвела взглядом класс, — прочитаем эту записку.

Класс загудел. Наташка в отчаянном прыжке попыталась вырвать записку, но Светочка была начеку и подняла записку над головой.

— Не надо так, — жалобно попросил Сын.

Сердце у Папы дрогнуло.

— Так надо! — сомнения в правильности действий после Наташкиного прыжка покинули Светочку.