- Значит, это ты озорничаешь без меры? - спросила Агата, с интересом разглядывая Тришку.

- Озорничаю?! Да я из кожи вон лезу, чтобы тебе жилось веселее. Я же не виноват, что взрослые такие зануды. Им бы только наказывать. И ведь что обидно: чем лучше ребёнок, тем больше ему попадает.

- Это точно, - согласилась Агата. - Вот меня, например, каждый день за что-нибудь ругают, а Светку с пятого этажа то и дело хвалят: "Хорошая девочка, хорошая девочка", а никакая она не хорошая девочка. Она даже на дерево залезть не может. И вообще она ябеда-корябеда, чуть что - сразу жаловаться бежит.

- Не огорчайся, ты в сто раз лучше всякой Светки.

- Никто этого не понимает, - вздохнула Агата.

- Ничего, поймут. Мы им докажем, - успокоил Агату Тришка.

- А как? - оживилась Агата.

- Время покажет. Главное, положись на меня. Я что-нибудь придумаю.

- А ты никуда не уйдёшь? - спросила Агата.

- Пока не вырастешь, не уйду. А потом ты и сама обо мне забудешь.

- Ни за что, - с горячностью возразила Агата.

- Это тебе так только кажется. Все озорники и непоседы обо мне забывают, стоит им повзрослеть, и считают, что они были самыми послушными детьми на свете.

- А почему они забывают? - допытывалась Агата.

- Потому что перестают играть, а я не люблю быть назойливым. Когда надо пошалить, я тут как тут, а потом меня и след простыл. Стоит мне на минутку отлучиться, как ты обо мне и не вспомнишь.

- Вот возьму и нарочно вспомню, -заупрямилась Агата.

- Посмотрим. - Тришка загадочно подмигнул ей.

Он раскачался на портьере, спрыгнул на книжную полку и, пройдясь вдоль книг, сказал:

- На твоём месте я бы не стоял тут без дела, как пугало. Так никто не узнает, что ты хорошая девочка, и не оценит тебя по достоинству.

- Но я ведь в углу, наказанная, - возразила Агата.