— Не забудь, — наставлял я его, — что надо боксировать, а не бороться.

— Я должен бить? — поинтересовался Джим.

— Да, бить, и покрепче.

— Порядок. Давай его сюда!

Они пожали друг другу руки и разошлись по углам: гонг. Белая Надежда бросается вперед, начинает размахивать руками… Это его не спасло. Большой Джим выдал один жестокий удар правой, перенятый, верно, у пещерного медведя, и Белая Надежда повисла на верхнем канате. Это был конец боя. Другие кончались так же…

И тут Джима заметили киномагнаты.

Однажды, когда мы только обсуждали наш контракт с кино, нам довелось попасть на просмотр. Лорна Даунс играла главную роль. Как только она появилась на экране, Джим вскочил.

— Лилами! — закричал он. — Это я, Колани!

В это время злодей как раз издевался над Лорной. Джим подскочил к экрану… Черт с ним, с экраном, однако Джима попытался удержать управляющий. Это была его ошибка. После того как управляющего принесли с тротуара, пришлось употребить все красноречие, чтобы поладить с ним и уберечь Джима от тюрьмы. Когда мы вернулись домой, я спросил, что все это значит.

— Это была Лилами, — сказал он.

— Это не Лилами, это Лорна Даунс. А то, что ты видел, даже не сама Лорна — это ее движущееся изображение.

— Это Лилами, — мрачно сказал этот верзила. — Я тебе говорил, что найду ее.

Лорна Даунс совершала тогда рекламное турне со своей последней картиной. Джим собрался отправиться за ней. Я объяснил, что он подписал контракт на съемки и должен выполнять условия. Еще я сказал ему, что Лорна Даунс через несколько недель вернется в Голливуд, и он, хотя и очень неохотно, согласился подождать. Вскоре мы освоились в киномире. Это был новый период в жизни Джима. Вдруг он стал светским львом. Мужчинам он нравился, а женщины просто сходили по нему с ума.

Когда мы впервые пошли в «Трокадеро», он повернулся ко мне и спросил: