- А профессор Траоре?

- Он выступал...

- Позвольте, господа. Полиция. Прошу расступиться!

Кольцо журналистов, плотно сомкнутое вокруг Агийэра, распалось. Два плечистых увальня с плоскими безбровыми лицами шагнули к Агийэру. У них были одинаковые серые костюмы, белые в полоску рубашки и темные галстуки. Серые фетровые шляпы были одинаково сдвинуты на затылок.

- Профессор Освальдо Агийэр?

- Это я.

- Придется поехать с нами.

- А в чем дело?

- Шериф Джонсон хочет с вами побеседовать.

Снова засверкали лампы-вспышки.

Полицейские не возражали. Даже ухмылялись. Немного рекламы в таком деле не помешает. Агийэр смущенно кашлянул:

- Может быть, не сейчас. Я... Я мог бы сам приехать к шерифу позднее.

- Не выйдет. - Один из полицейских потянул Агийэра за рукав. - Пошли. И второй добавил:

- Позднее у шерифа не будет времени... Поддерживая Агийэра под локти, они повели его к стоящей невдалеке серой машине. Вслед продолжали стрекотать кинокамеры и щелкали затворы фотоаппаратов.

В приемной шерифа пришлось долго ждать. Провожатые указали Агийэру свободное кресло; сами устроились рядом на подоконнике. Дверь в кабинет шерифа, обитая тисненой кожей, была плотно закрыта. Секретарша в больших розовых очках монотонно отвечала в ответ на телефонные звонки, что шериф Джонсон занят и никого не принимает.

- Не знаете, зачем я понадобился шерифу? - спросил Агийэр у своих провожатых.

Один молча пожал плечами, другой вытащил из кармана свернутую газету в протянул Агийэру.

- Это тут, - сказал он и щелкнул пальцем по газете, - на сегодня назначена демонстрация в центре, потом факельное шествие... Шериф опасается пожаров...

Агийэр развернул газету и увидел репортаж о митинге в защиту мира. В центре первой полосы была помещена большая фотография - Гулед Траоре во время выступления. За плечом Траоре Агийэр разглядел свое лицо.