— Почему меня привели сюда?
Мне не ответили. Послушав далёкий шум из наушника ещё несколько минут, я повернулся к зеркалу и попытался собраться с мыслями. Так, давайте разберёмся: мне позвонили по рабочей связи и спрятали от излучения парализатора. Типовой парализатор начинает действовать через несколько минут после включения. Если его засекли в момент, когда угонщик вытащил и активировал оружие, то охрана вполне могла обезвредить его за две-три минуты. Если была охрана. Что ей делать на рядовом рейсе «Лондон — Москва», ведь самолёты не угоняют уже много лет?
В период с 2015 по 2020-й год количество успешных террористических актов на наземном и воздушном транспорте в странах, участвующих в Программе Шнайдера, сократилось на 73 %. В период с 2021 по 2027 зафиксировано только 3 (три) случая захвата самолёта в странах Европы.
Это правда. Даже знаю почему. Не удержавшись, я снова поднёс телефон ко рту.
— Как он сумел пройти «бонус-трип»?
В трубке чертыхнулись.
— Мы выясняем, — это был снова Тищенко, — как Ваше самочувствие?
— Нормальное, — я решил не огрызаться, — что происходит сейчас?
Тищенко произнёс что-то неразбочивое в сторону, и мой телефон пиликнул, известив о текстовом сообщении. В письме была ссылка, по ссылке я увидел окошко с видеоизображением. Показывала камера, установленная в салоне, где-то под потолком. На экранчике моего телефона было трудно что-либо различить, но я мысленно поблагодарил подполковника: так спокойнее. Картинка не менялась: неподвижные люди в креслах и тележка с чайными приборами, стоящая в проходе.
— Как террорист прошёл «бонус-трип»? — вопрос не шёл из головы. Ожидание стало утомительным. Я прислонился лбом к зеркалу, закрыл глаза и, чтобы отвлечься от раздирающего страха, задумался. Несмотря на то, что я работаю здесь много лет, всё, что я знаю, можно изложить за считанные минуты.