Такие процессоры могут быть использованы в часах, в телевизорах, в машинах и во все более возрастающем количестве приспособлений ежедневного пользования. Так, например, емкость электронных диктофонов возрастет в четыре раза. Инженеры соревнуются в предположениях о том, что еще станет областью компьютерного вторжения. Видимо, я все-таки не полностью обособлен в мире как автор эссе о расширяющейся компьютерной опеке, так как Дан Хатчесон (Dan Hutcheson), президент фирмы-консультанта в "силиконовой долине" в США заметил: "Мы рискуем произвести такое количество технологических мощностей, которое мир еще не в состоянии вобрать в себя". Однако, он понимал дело иначе, чем я. Транзистор, основной элемент хранения информации на "чипе", помнит одну цифру. Современные "чипы", которые выпускает Intel, могут содержать в себе 32 миллиона транзисторов. "Закон Мура" предусматривал, что если будет возрастать мощность процессоров, то их стоимость будет соответственно падать; так, если один транзистор в середине 60-х годов стоил 70 долларов, то сейчас его можно купить за одну миллионную часть цента... (В скобках добавлю, что в одном из рассказов я писал о "необычайно мудром компьютерном песке", имея в виду вышеуказанный порядок уменьшения стоимости...). По своей сути "закон", который я привел, сохранял свою значимость в течение 32-х лет, когда от миникомпьютера мы перешли к PC (персональному компьютеру), и до сегодняшнего дня, когда "чипы" оказались на "всех электронных фронтах" жизни. Актуальным нововведением является "моментальная память" (flash memory), основанная на возрастающей (фрагментарной) "загрузке" логических элементов: вместо пары "стакан полный стакан пустой" может также быть "на две трети полный - на одну треть пустой". Так появляются четыре разных состояния, соответствующие двум байтам. Возможностей фрагментирования может быть и больше.

Я должен заметить, однако, что никакая максимализация скорости вычислений и никакое увеличение объема памяти при сохранении принципов hardware и software никогда не приведет к появлению хотя бы искры интеллектуальной независимости, каковую мы признаем за зачатки "искусственного интеллекта".