— Это вы! Приятно увидеть знакомое лицо! Деррон взял протянутую ладонь в свою. — Приятно, когда тебя узнают. Сегодня вы намного лучше выглядите.

Она поблагодарила за помощь. Деррон запротестовал — пустяки! — Выключив звук телевизора, они сели поговорить. Деррон назвал себя. Улыбка пропала.

— Если бы я помнила свое имя!

— Да, я говорил с сестрой... У вас потеря памяти, но в остальном вы в порядке.

— Да, я себя хорошо чувствую, не считая памяти. Кажется, физически я не пострадала. И у меня появилось новое имя — Лиза Грей. Для истории болезни пришлось меня как-то обозначить, и они взяли очередное имя из списка, у них есть такой список на подобные случаи.

Наверное, многие теряют память во время взрывов и несчастных случаев. Кроме того, многие документы, карточки потерялись при эвакуации с поверхности.

— Лиза — красивое имя. Вам идет.

— Спасибо, сэр. Деррон задумался.

— Знаете, я слышал о таких случаях. Люди, попав на путь ракеты, то есть вероятностной волны, теряли память. Это как погружение в прошлое, стираются записи, как на школьной доске.

Девушка кивнула.

— Врачи так и предполагают. Они сказали, что в момент удара я была в группе эвакуируемых с верхнего уровня. Наверное, со мной были родственники, они могли погибнуть вместе с документами. За мной никто не пришел.

Обычная история для Сиргола, но теперь Деррон видел за фактом боль живого человека. Он решил, что лучше переменить тему.

— Вы завтракали уже?

— Да. Здесь есть маленький автомат, если вы хотите перекусить. Я бы, пожалуй, вылила еще немного сока.

Через минуту Деррон вернулся с картонным стаканчиком оранжевой жидкости, называемой фруктовым соком, стаканчиком чая и парой стандарт-булочек и выгрузил еду на низенький столик, пододвинул кресло для себя. Мельком взглянув на озадаченное лицо Лизы, он спросил:

— Вы что-нибудь помните о войне?

— Почти ничего... Наверное, эту часть памяти стерло. Что такое берсеркеры? Кажется, что-то ужасное, но...