Чарли ап Морган не вмешивался в происходящее. Он стоял молча, ожидая, когда они допоют песню до конца.
...И четверть всех наличных сил —Дорсайский батальон —В неравный с гельмутцами бойПослал вперед Рошмон.Товарищ, только погляди:Куда ни кинешь взгляд —Те, кто Рошмону угрожал,Бегут или лежат.Как смел Рошмон такой поклепНа воинов возвесть?!Да кто ж поверит, что ДорсайЗа деньги продал честь?!И вот, чтоб правда не всплылаВнутри Рошмона стен,Изменником объявлен былИ схвачен Жак Кретьен.Командующий Арп Ван ДинВмешался в круговерть:Дорсаец неподсуден вам,Верните, или смерть!Но лорды верили в гранитРошмона прочных стен,И на рассвете вздернут былПолковник Жак Кретьен.И вот от стен, что на зареВздымались, как всегда,К закату солнца в тот же деньНе стало и следа.Взошла луна – стоял Рошмон,И била жизнь ключом.Зашла луна – он пеплом стал,И битым кирпичом.Теперь любой, увидев здесьОстатки прочных стен,Узнает, как был отомщенПолковник Жак Кретьен.Пока мы живы и сильны,И жив Дорсай – наш дом,Никто не вправе нас судитьНе праведным судом.Так правда, ополчась на ложь,Повергла в прах и тленТех, кем однажды вздернут былПолковник Жак Кретьен.Песня закончилась. Снова наступила тишина – полная тишина. Чарли на трибуне пошевелился. Он сделал полшага вперед и скомандовал: