«Отвести – и больше ничего?» – подумала Илама.
– …и скрасить мое одиночество. Скажем, до утра.
«Ну вот! Так бы сразу и говорил!»
– Господин, хочет купить себе общество?
– Господин уже купил! – гордо заявил он и ухватил ее за податливое бедро. – Пойдем, милашка.
Илама с радостью побежала бы, а не пошла, но на всякий случай заметила:
– Но господин не спросил о цене.
– А почему ты уверена, что она его интересует? – вопросом ответил он.
Девушка хихикнула, прильнула к аристократу всем телом, преданно заглянула в глаза и потащила своего спутника вниз по улице.
Они не успели завернуть за угол, как от противоположной стены отлип неприметный тип в кожаном переднике ремесленника и неторопливо двинулся следом.
Длинная, извилистая Веселая улица тянулась от порта до самых северных ворот. Древние зодчие знали, что делали: даже если неприятель штурмом возьмет внешнюю стену, ему придется заплатить немалой кровью за прорыв к центру города. Узкие – двум всадникам не разминуться! – улочки венчались на поворотах парой башенок-бастионов. В каждой нарезано несчетное количество бойниц, так что стрелки на площадке вынуждены стоять боком, теснясь, как гвозди во рту у сапожника. Целиться, конечно, неудобно, но меткость от них и не требуется. До врага хорошо если полсотни шагов – не промахнешься. И деваться ему некуда – только под стрелы. Вполне хватит и десятка малообученных горожан, чтобы задержать атаку. Ну, а если даже атакующим удастся миновать смертоносные башни, на следующем изгибе их ждет новый рубеж обороны.
В те далекие времена улица гордо именовалась Защитницей, а земли гильдии пока еще считались отдаленной солмаонской провинцией. Правда, считались скорее по традиции, чем на самом деле – морская торговля, зачастую мало чем отличающаяся от контрабанды, а иногда и ничем неприкрытое пиратство пролили над древней землей Трех Лиан невиданный золотой дождь.