"Вот так все возвращается на круги своя, - мельком подумал Рябцев. Это ты брось, - осадил он себя. - Выдумки твой пустынник. Просто время такое, что легенды и сказки сбываются. Они и должны сбываться, мечта и фантазия как-никак завязь дела, чему удивляться? Деды до ковра-самолета, сиречь до реактивного лайнера, дожили, а я вот сейчас с волком пообщаюсь, напишу об этом, и мир тихо ахнет... Нет, не ахнет, в том-то и дело, что не ахнет. Обрадуется, поудивляется, но в общем примет за должное, ибо с осуществлением фантазий все уже давно свыклись. Вот если бы они перестали осуществляться, тогда поразились бы. Нарушение закона, все равно что масса вдруг перестала бы переходить в энергию! А так... Ну ясно же, что животные вроде волка как-то думают, об этом еще в девятнадцатом веке Энгельс писал. Значит, можно улавливать электромагнитную динамику биотоков, декодировать эту сложную (очень сложную, кто спорит!) путаницу, искать непонятным символам соответствие, переводить их в звуки нормальной речи. "И молвил волк человеческим голосом..." - через транслятор. Ну, наконец-то, скажет человечество, наконец наука осилила речевой контакт с животными; интересно, послушаем, что там у серого за душой...
И все-таки! Вот именно: все-таки..."
- Не посвистеть ли? - спросил Рябцев с улыбкой. - Что-то наш друг не торопится.
- Зато мы торопимся. - Телегин резко выпрямился, колюче взглянул на журналиста. - Он вам не песик! Верно, кругами ходит, присматривается, что за гость.
- Каков хозяин, таков и гость, - с ходу отпарировал озадаченный переменой тона Рябцев.