Я просто дар речи на миг потерял. В том числе и от его наглости. Наконец, пришел в себя и спросил:
– Зачем это всё придумывают, Вадик?
– Нравится, – пожал он плечами.
– Кому нравится?! Кто это придумывает?!
– Кто придумывает? – переспросил Козлыблин. – Тебе честно сказать?
– Ну?
– Дома и придумывают.
До-диез
Какукавка готовится
… Ты мне сказал, что ты уже устал,
Ты мне сказал, что я тебя достал…
Пошел ты на…, я не отстану, нет,
Пока ты мне не выдашь свой секрет…
1
«… И вот тут он берет в руки череп, смотрит на него и говорит… Говорит… О-о!.. – застонал, отбросив перо, Шекспир, вскочил и заходил по комнате. – Говорит…»
Он остановился возле входной двери и, раскачиваясь, пару раз несильно ударился головой о косяк.
– Говорит… – тоскливо протянул он вслух. – Что?!
«Тук-тук-тук», – постучали молоточком в дверь.
Кто бы это мог быть, в столь поздний час? Однако Вильям Шекспир не отличался особой осторожностью: ведь скорее, это мог быть какой-нибудь друг-актер с бутылочкой вина, нежели неизвестный враг. Даже не спрашивая, кто там, он отодвинул засов.
На пороге стоял юноша в странной одежде, явственно выдающей его нездешнее происхождение.
– Добрый вечер, сударь, – кивнул ему хозяин. – Вы ищите Вильяма Шекспира, сочинителя, или же вы ошиблись дверью?
– Нет, нет, – откликнулся тот с чудовищным акцентом. – Я есть очень нужен Шекспир. – И добавил: – Именно вас.
– И зачем же, смею поинтересоваться, вам понадобился скромный постановщик представлений для публичного театра? – осведомился Шекспир, отступая, чтобы пропустить странного незнакомца внутрь.