- А теперь поглядим, - воскликнул незнакомец, - цел ли мой билет из Сватоновиц в Старкоче! Он отогнул ленту и достал билет.

- Тут! - крикнул он победоносно. - Ну-с, теперь, значит, бесплатно поеду в Старкоче.

- Милый вы мой, - сказал пан судья, - а ведь билет-то ваш уже пропал!

- Как - пропал? - ахнул незнакомец.

- Ну, ведь обратный билет действителен только трое суток, а вашему целый год и день. Так что, милейший, он уже недействителен.

- Тьфу ты пропасть, - сказал незнакомец, - мне это и в голову не пришло! Теперь придётся покупать новый билет, а в кармане ни гроша... - Незнакомец почесал в затылке. - Да погодите, ведь я же дал подержать свой чемоданишко с деньгами какому-то человеку, когда погнался за котелком!

- Сколько там было денег? - быстро спросил пан судья.

- Если не ошибаюсь, - ответил незнакомец, - было там один миллион триста шестьдесят семь тысяч восемьсот пятнадцать крон девяносто два геллера и, кроме того, зубная щётка.

- Точка в точку! - подтвердил пан судья. - Так вот, чемоданчик у нас, со всеми деньгами и с зубной щёткой. А вот стоит тот человек, которому вы дали подержать свой чемоданчик. Зовут его Франтишек Король, и, признаться, я, а также пан Боура осудили его на смерть за то, что он вас ограбил и убил.

- Да что вы! - сказал незнакомец. - Так вы его, беднягу, забрали? Ну ладно, хоть деньги остались целы, а то бы он их прогулял!

Тут пан судья поднялся и торжественно произнёс:

- Судом установлено, что Франтишек Король не украл, не похитил, не присвоил, не стащил, а равно и не свистнул из оставленных у него денег ни копейки, ни гроша, ни полушки, то есть ни капли, ни пылинки и ни крошки, хотя, как потом выяснилось, не имел сам денег ни на хлеб, ни на калач, ни на бублик, ни на сайку, ни равным образом на плюшку, сухарь или иную пищу или снедь, называемую также хлебобулочными изделиями, по-латыни cerealia.