Поль оттаял. Кто-то сказал, что настоящие друзья бывают только в детстве. Наверное, это так и есть.

- Как делишки на службе? - спросил Поль, стараясь сохранить по возможности серьезный вид. Это была традиционная шутка. Федор никогда не отвечал на вопросы, хотя бы косвенно связанные с его работой, более того, он никогда не мог уразуметь, что кто-то кроме его непосредственного начальника может интересоваться тематикой учреждения. Поэтому его реакция на этот вопрос всегда была стандартна - он обижался, что, впрочем, и требовалось. Поль очень любил смотреть, как медленно надуваются от обиды щеки Федора.

- Не пора ли тебе стать серьезней, - укоризненно сказал Федор. - Есть вещи, которые не терпят зубоскальства.

- Конечно, ты прав! Я столько думал об этом. И понял, что это не прихоть, не игра, серьезность мне еще очень даже пригодится. Пока не все получается, но я стараюсь работать над собой. Трудно, но что сделаешь! А результаты уже есть, например, я решил подать в Секретариат прошение о присуждении мне второй формы допуска.

- Перестань паясничать. Может быть, мне не следует это говорить, не мое это, в сущности, дело, но ты, словно ребенок. Я ведь тебя еще в зале заметил, у щитов. О Николае читал?

Поль кивнул.

- Ты пойми, время сейчас тревожное, пожалуй, даже жестокое, разбираться в сложностях твоего писательского восприятия не будут... Не надо этих демонстраций. Не надо. Ладно, хватит об этом. Расскажи лучше, как там Лена поживает?

Поль засмеялся.

- Вот этого тебе действительно не следовало спрашивать...

- Вот черт, экий я сегодня...

- Ерунда. Все правильно... Лена ушла, уже давно... А может это я ушел, все так сложно, я ничего не понял. Наверное, что-то не получилось.

- Прости.