- Ладно, Славик, двигай в "Катю". Я сегодня набросаю план, наведу справки по поставщикам "Асклепия" - интересно, что они такое получают? - а ты заходи завтра с утра - и помозгуем. А на Аделину твою я тоже взгляну, только не сегодня. Давай, топай.

Второй повеселел, молча выбрался из машины и двинулся вверх по переулку. Полищук вновь включил кассетник и, развернувшись, под музыку покатил к проспекту. На четвертом квартале Второй обошел его на своем "мерседесе". Полищук проводил взглядом умчавшийся темно-синий красавец-автомобиль, целое состояние на колесах - и в который раз позавидовал Второму. Вот ведь повезло парню - выиграть такое диво в обыкновенной лотерее на собачьих боях. "Телки, небось, сами падают на заднее сиденье, - подумал Полищук, - и ноги раскидывают от восторга. Не хуже Джулии. Ты молчун, Славик, ну и прав: меньше слов, больше дела..."

"КАТЯ", ВЕРОНИКА И АДЕЛИНА

Миновав ряды коммерческих ларьков и пустырь с желтой пивной бочкой, окруженной говорливыми мужиками-работягами, Полищук повернул и направился вдоль кустов по обочине дороги, ведущей под уклон, к зеленой рощице. Городские шумы остались позади, вечернее солнце уже нежарко светило в спину, застыла в безветрии высокая некошенная трава, подобно морским волнам подступающая к стенам крепости - и для полной идиллии не хватало, пожалуй, только прелестной пастушки с овечьим стадом или не менее прелестного пастушка. Впрочем, окрестности крепостных руин издавна были облюбованы почитателями крепких напитков и жрицами свободной любви, без лишних уговоров сдающих себя в употребление за стакан чего-нибудь алкогольного; тут выпивали, спали, совокуплялись, спорили, дрались (случалось - и до смерти) свободные граждане свободного города.

Но сейчас Полищуку не хотелось об этом думать.