А уже через пять минут за столиком тихо звучала спокойная беседа, и ни у кого из окружающих не могло возникнуть даже малейшего подозрения -- ведь не привык русский человек пить один, и легко сходится за бутылкой с любым незнакомцем.

Но не наши речи звучали за столиком. Ланкастер давал своему агенту новое задание -- собирать материалы о случаях массовой сонливости москвичей, по возможности с указанием точного времени и последствий для производства.

-- Только постарайтесь не спать по ночам, иначе тоже будете сонливым,-- втолковывает Джон Заклинкину, и в ответ на недоуменный взгляд инженера поясняет:-- Отсыпайтесь днем. Наконец-то у нас появилось новое оружие. Скоро большевики так и не смогут проснуться. И тогда... тогда у вас, тезка, наступит райская жизнь. Смените имя на Джона, купите дом где-нибудь в Чикаго, и будет у вас много женщин и машин. Недолго осталось ждать. А пока надлежит выполнять все мои приказы.

Заклинкин согласно кивает. Он готов на любую подлость, и плевать ему и на Родину, и на свой народ.

Редки у нас не то что негодяи, но и просто плохие люди, но, к сожалению, иногда встречаются и Заклинкины. Один на миллион, но бывают...

Но все они рано или поздно получают по заслугам.

Глава 8. В океане

Могучий теплоход разрезает волны Атлантики. На палубе стоит Виктор Иванович и думает. Два чувства господствуют в его душе. Как и каждому советскому человеку, интересно ему побывать за границей, хотя очень многое знает Степанов о мрачном капиталистическом государстве. Знает он о бедственном положении трудящихся масс, угнетаемых алчными капиталистами, о резких контрастах между роскошью немногих и нищетой большинства, знает и о мутных потоках клеветы, льющихся из-за океана на советскую страну. И поэтому второе чувство -стремление выполнить приказ партии и правительства -- гораздо сильнее в душе молодого ученого. Мысли Виктора Ивановича переносятся на его спутника и командира -- потомственного чекиста Епифана Матвеевича Чекалина.