Петрушка тоже негодовал — сочувствовал своему новому приятелю.

Ему хотелось заступиться за друга, хотелось отплатить обидчикам, но, главное, очень хотелось побывать в этом большом, шумном мире, начинавшемся за дворовой калиткой.

Саша всё обещала Петрушке взять его с собой на улицу, но под самыми разными предлогами не выполняла своего обещания.

— Разве ты не видишь, Петрушка, у меня руки заняты. Я иду за молоком, — говорила она, размахивая бидоном и сумкой.

Или:

— Разве ты не видишь, Петрушка, я иду к Светлане Игнатьевне за книгами. Она такая хорошая и, пока не открылась клубная библиотека, даёт мне свои книжки…

Петрушка обижался и сердился на Сашу и потом целыми часами не разговаривал с ней. Но молчать весь день было тоже очень скучно.

Приходилось довольствоваться обществом одного Крикуна, а он уже порядком надоел Петрушке.

Но вот однажды Саша сказала:

— Ну, довольно кукситься! Собирайся скорей, Петрушка. Мы с тобой сейчас пойдём… ой, ты даже не догадываешься, куда мы сейчас пойдём!

Глава девятая

ПРИКЛЮЧЕНИЕ В ЛОДКЕ

Лодка медленно плыла по реке, и Светлана внимательно смотрела вдаль, то и дело заглядывая в лежавшую на её коленях карту.

Она была совсем ещё молодым инженером-гидрологом, Светлана, — она получила это звание всего лишь два месяца назад. И хотя и раньше она бывала на практике и часами ездила по маленьким, извилистым сибирским речкам, в сопровождении двух здоровых, беспрекословно подчинявшихся ей дядек, и брала пробы воды, и измеряла глубину и температуру воды, но то ведь была ещё практика.