— Интересно. Когда ты ешь, у тебя становится такое серьезное и вдохновенное лицо, как будто ты занят созданием настоящего шедевра.

Я не нашелся, что ответить. Промямлил что-то… Тем более не услышал в ее голосе ни ехидства, ни желания как-то "подколоть".

— Ты все знаешь, Филин, — эта фраза заставила меня поморщиться. Столько раз ее произносили за мою схольную жизнь… Она обычно предваряла самые разные вопросы. От вполне безобидных — как решить задачку, до… "Если ночные птицы по ночам охотятся, то когда сова с филином филинят делают?". — Ты все знаешь, Филин, скажи, почему в этой академии все решает какой-то бездушный артефакт? Учиться тебе или нет. Если учиться, то там, где скажут, а не там где хочешь…

Я тяжело вздохнул — мне бы ее заботы. Мне то и думать не надо, почему за меня факультет выбрали. Меня вообще не приняли. Это я осознал уже совершенно точно. Чудес не бывает.

— Не совсем так. Артефакт только рекомендует на основе вскрытых им способностей испытуемого, а все остальное за приемной комиссией. Она проанализирует рекомендации артефакта и предложит несколько вариантов в соответствии с нашими способностями и возможностями академии. Во всяком случае, так я понял в условиях и правилах приема. Вероятно, может быть и такая ситуация, когда рекомендуется только один единственный факультет. Но никто тебя не будет пинками загонять туда, куда ты не хочешь. Вот я бы пошел на любой, но — единственное, что мне предложат, забрать документы и попробовать свои силы где-нибудь попроще.

Свента, вероятно, не мыслила себя нигде, кроме этой академии. Она подняла на меня взгляд, в котором и без глубинного сканирования мозга можно было увидеть страх провала, волнение, почти на грани истерики, и… некую беззащитность, я бы сказал. Такой Свенту я еще не знал. Вы думаете, я тут же проникся и преисполнился к ней дружеским участием? Ничего подобного. Она по-прежнему оставалась для меня стервой в красивом фантике.