Я отключился. Как надолго — не знаю. Вдруг в глазах прояснилось. Я оказался в каком-то безликом пространстве, заполненном мягко мерцающим серебристым туманом. Ни дна, ни покрышки. То есть пол, потолок, стены, если и были, то тонули в тумане, который слоился и как бы дышал, пульсируя в своем особом ритме. Слои текли то параллельно друг другу, то перпендикулярно. Сливались воедино и распадались на два, три и даже четыре слоя. В них периодически формировались плотные сгустки, тускло светящиеся разными цветами. Сгустки перемещались, то вслед потоку, то — против, не выходя, впрочем, за его пределы и рассеивались, чтобы в другом месте сформироваться вновь. Теплое и уютное спокойствие дружески обняло меня. Я расслабился и приготовился получать удовольствие. Нет, конечно же, какое удовольствие можно ожидать при испытании? То есть я понимал, что меня сейчас каким-то образом начнут экзаменовать, но это меня нисколько не тревожило. Мне было глубоко фиолетово даже мое положение в пространстве. Где я? Стою, сижу или лежу? А, может, завис в эмпиреях? Верх и низ отсутствовали за ненадобностью.

Мне стало вдруг интересно, а как я здесь выгляжу? Это ведь, наверное, сон, навеянный артефактом академии. И что я во сне сам про себя напридумывал? Стоило только окрепнуть этому желанию, из тумана сформировался сгусток размером с меня, принял почти овальную форму, и на нем проявилась зеркально гладкая поверхность, выглядевшая как обычное овальное зеркало в рост человека, оправленное в странную косматую дымящуюся рамку.