Двигатель хрюкает, да, да, именно хрюкает, пока истребитель перемещается по области моей ответственности. Механик Банджо вместе со мной. Хороший паренек, с ним нет вообще трудностей. Говорит мало, а когда такое случается, то обязательно молвит по делу. Вот он, бабушка, сидит в кресле штурмана, позади меня.

— Друг мой, Крис, может не надо нам туда? Ведь нам сказали, сидеть смирно! Ведь так? — вот он редкий случай, когда все же Банджо изрекает что-то.

— Уже поздно! — сообщаю я спокойно. — Вперед!

Мы влетаем в "дупло". Помехи. Теряется связь с головным кораблем, не отвечают товарищи. Вокруг никого и темень.

Бабушка, если ты сейчас нас слышишь, то знай, что я тебя люблю. Только ты нервничай!

Никаких ориентиров, перед глазами лишь черное как космос пространство. Приборы не хотят или не могут показывать данные о высоте, местонахождении. Благо, что двигатели еще работают. Мы замедляем ход, чтобы в кромешной тьме не натолкнуться на что-либо.

— Где Земля? Что за чертовщина? — Банджо начинает истерить, в сложной ситуации, он не устойчив.

— Спокойно! Сам удивляюсь, куда мы попали. Может Земли и нет уже вовсе?

— Попробуем снизиться? — штурман из Банджо никакой, во всем сомневается, всего боится.

— А что еще остается?! Идем на снижение!

Бабушка, любимая моя, не хватайся за лекарства, все обойдется!

Истребитель Сиг-56 М — машина крепкая, выдержит любое испытание, поэтому я берусь за штурвал и отправляю самолет в бездну.

Банджо труслив, он каждую секунду напоминает о высоте, скорости. Я его терплю. Правда.

Черные облака рассеиваются. О том, что это облака, узнаем, как только проскакиваем их. Это гарь. На Земле пожары. Видимо катриканцы провели рейд, сбросили бомбы и ушли.

Города горят, атомные станции разорваны в клочья, радиация чудовищная. По крайне мере так показывают приборы. Вот некоторые прелести общения с соседями!