- Вы можете предположить, где мы находимся?

- Нет... впрочем, могу прикинуть, - он посмотрел на отсек, где находился медный цилиндр, затем взял блокнот, ручку, миниатюрный калькулятор и на мгновение задумался.

Повернувшись к одному из иллюминаторов. ДюКесн пристально вгляделся в открывающуюся перед его взором картину; затем он перешел к другому овальному окну, к третьему и к четвертому. Наконец, доктор склонился над чудовищно перекошенным пультом, внимательно изучил показания приборов и ввел данные в компьютер.

- Я не могу ничего понять, - невозмутимо обратился он к Дороти. Двигатель работал в течение сорока восьми часов и, следовательно, мы должны находиться не дальше, чем в двух световых днях от нашего светила. Однако все указывает на то, что это совсем не так. Клянусь, я мог бы узнать по крайней мере некоторые из неподвижных звезд и созвездий в любой точке, удаленной от Солнца на расстояние светового года, но сейчас же я не вижу ни одной знакомой звезды. Поэтому не исключено, что корабль все это время двигался с ускорением, а это значит, что мы находимся где-то на расстоянии восьмидесяти парсеков от дома.

С лица Дороти сбежала краска; Маргарет Спенсер лишилась чувств. Перкинс вытаращил глаза, его щека задергалась в нервном тике.

- Значит... значит, мы никогда не сможем вернуться назад? - запинаясь, спросила Дороти.

- Я этого не говорил...

- Это все из-за тебя, подлая сука! - вдруг заорал Перкинс и в ярости бросился на Дороги, пытаясь схватить ее за горло. Однако его бешеный рывок не достиг цели - он лишь нелепо распластался в воздухе, размахивая руками. ДюКесн, держась правой рукой за поручень, левой отпихнул Перкинса через весь отсек одним легким толчком.

- Помолчал бы ты лучше, болван! - процедил он. - Одно неверное движение и я вообще выкину тебя наружу! В том, что мы находимся в таком положении, вина не ее, а твоя. Надо было тебе хоть чуть-чуть пошевелить мозгами и не распускать руки... Однако, что сожалеть о прошлом! Сейчас меня интересует одна-единственная вещь - как вернуться назад...