- Е-ще две-сти шест-над-цать.

- Всего-то? - Уолтер с укоризной покачал головой. - Да вас забьет любой второсортный зверинец... то есть забил бы. У вас была какая-то система, или вы хватали наобум?

- Ви-дов слиш-ком мно-го. Мы бра-ли о-дин из сотни. Сам-ца и сам-ку.

- А кем же вы кормите хищников?

- Мы син-те-зи-ру-ем для них пи-щу.

- Понятно... Растения вы тоже отобрали?

- Им из-ме-не-ние не по-вре-ди-ло. О-ни о-ста-лись в преж-нем со-ста-ве и ко-ли-че-стве.

- Повезло зелени. Не то что нам... Помнится, Джордж, ты сказал "во-первых". Что там у тебя еще?

- Дво-е жи-вот-ных у-сну-ли и не про-сы-па-ют-ся. О-ни по-хо-ло-де-ли. Мы не по-ни-ма-ем при-чи-ны.

- Такое встречается сплошь и рядом. Не беспокойтесь: наверное, они просто сдохли. От этого не застрахован даже самый лучший зоопарк.

- Сдо-хли? Э-то о-зна-ча-ет "у-мер-ли"? Но ведь их ни-кто не у-ми-рал. Мы их да-же не тро-га-ли.

Уолтер Филан воззрился на зана.

- Да ты что, Джордж, не знаешь, что такое смерть?

- Зна-ю. Для э-то-го су-ще-ство у-би-ва-ют, и о-но по-том не су-ще-ству-ет.

- Тебе сколько лет? - спросил Уолтер.

- Шест-над-цать... Но ты не зна-ешь на-ших мер. За э-то вре-мя тво-я пла-не-та сде-ла-ла семь ты-сяч о-боро-тов во-круг сво-ей зве-зды. Я мо-ло-дой.

- Да уж, сущий младенец. - Уолтер даже присвистнул. - Вот что, Джордж, - сказал он после краткого раздумья, - похоже, придется просветить тебя насчет нашей планеты. Есть среди нас кое-кто... постарше вас всех: безносая мадам с острой косой и песочными часами. Ей ваше "изменение" не повредило.

- К ка-ко-му ви-ду о-на от-но-сит-ся? О-на сам-ка?

- Она сама по себе. Мы зовем ее Старухой Смертью или Неумолимой Жницей. Так вот: на нашей планете все существа - и люди, и животные - живут лишь до тех пор, пока она не вмешается.