Деваться некуда — надо самим справляться. Собрались домовые и отправились в обратный путь — прямо до деревни, в которой Вуколочка жил. Там собрали они всех-всех домовых, которых только нашли, на большой поляне за околицей и стали совет держать, как им дальше быть.

Начали вспоминать-размышлять, кто по их деревням чужой проходил, кто рядом околачивался.

— Девочка с лукошком была. Говорит, в лесу заблудилась. Наверное, она, — вспомнил один.

— Нет, эта девочка наша. Ее Дуняшей звать, она добрая, она нам мед в блюдечке оставляет! — возразили другие.

Думали, гадали и тут самый маленький домовеночек, которого только сто лет назад в капусте нашли, тихо-тихо сказал, что, наверное, это был заезжий купец, что у колодца разными разностями торговал.

Стали думать-вспоминать. И вправду было такое. В каждой деревне этого купца видели. Даже Кузька вспомнил, что бабка Настя от него Анютке петуха на палочке приносила.

— Он-он, больше некому! — зашумели домовые, обрадовались.

— Тише-тише! — крикнул Кузька. — Чего радуетесь? Давайте рассказывайте, кто он таков, на кого похож и куда путь держал?

И вот тут началось самое удивительное — домовые никак не могли выяснить, какой же этот купец на самом деле.

— У него уши торчком, глаза, как блюдца, бородища метелкой и пузо набекрень! — кричали одни.

— Нет уж, он маленький, седенький, нос крючком, за спиной горб, а волосы в траве путаются! — возражали вторые.

— И вовсе не так. Он большой, как стог, ноги, как столбы, руки, как ветки, а голос, как гром, — не соглашались третьи.

И тут снова маленький домовеночек из своего уголка скромно сказал:

— И вовсе нет. Был он ни высок, ни низок, ни толст, ни худ, ни волосат, ни лыс, ни стар, ни молод, ни богат, ни беден. Человек как человек. Только по одной примете его и можно узнать: один глаз у него зеленый, другой — черный.