- Да, с пирамидами проблема, да и вообще с жилым и заупокойным фондом, - Летягин решил прекратить беспредметный разговор. - У меня в квартире плохо. Все течет, все изменяется в худшую сторону, как говаривали классики философии. А тут еще соседи, клеветники и насильники, подали на меня иск.

- Но что-нибудь хорошее у вас есть? - не без ехидства спросил Головастик.

- А как же? Всем хорошим у себя, от шузов до плаща, я обязан загранрейсам, - признался Летягин, - даже Нинка вышла за меня, имея ввиду мое барахлишко.

Как раз появился Трофим, он катил тележку с угощениями, положа на нее передние лапы и перебирая задними.

Спохватившись, Летягин налил в две рюмки. Но вместо Головастика выпил Трофим. Взял рюмку зубами и опрокинул в глотку, как алкоголик циркового типа. Глаза его посветлели, словно ветер раздул тлеющие угольки. Он одобрительно, почти мягко оскалился.

- Собачонка у вас ничего дрессирована, - сделал комплимент Летягин, получше будет официанта из ресторана "Кавказ".

- Называй его не собачонкой, а Трофимом. Меня же Сергей Петровичем, твердо заявил бывший Головастик и сразу же глянул "в корень". - Итак, жизнь ваша беспросветна. Ощущение загнанности, скованности, тоски на фоне непрекращающейся вялости умственных и физических сил. "И рад бежать, да некуда, ужасно..."

- Откуда вы знаете? - Летягин был рад, что его верно поняли.

- Оттуда. Но столь ли пессимистичен прогноз? Подспудно вы ищите новый принцип существования. Вы чувствуете, что он должен быть. Ведь это неестественно, что карлики топчут поверженного гиганта, а он корчится от боли.

- Здорово сказано, - у Летягина увлажнился левый глаз.

- Но гигант может подняться и сбросить с себя всю шантрапу.

- Конечно, может, - Летягин поддел вилкой патиссон, - так их.

- Природа колоссально расточительна и избыточна на первый взгляд. Например, мы, ее венец, используем не больше одной десятой нервных клеток и генетического материала. Вы, наверное, слышали такую теорему: "избыточность рождает надежность" или хотя бы аксиому "все есть во всем". Она поможет вам решить уравнение со многими неизвестными.