Я припомнил им грязного Петьку в одном башмаке, и ребят, спящих в одежде на кроватях без простынь, и Коршунова, который вопил, сидя в изоляторе.

- Вот вам уже смешно вспомнить, как вы тут грязью зарастали, а давно ли это было? А сейчас не стыдно вокруг посмотреть - всюду чистота. Разве вот ваша спальня такая, как была?

- Спальня ничего, - отзывается Коршунов и добавляет мечтательно: - Вот бы еще занавески на окна...

- Ага, занавески! - совсем уже лирически подхватывает Петька. - И цветы тоже.

- Занавесочки! Цветочки!- презрительно фыркает Король.

Это как сигнал: следующие две минуты неосторожный Коршунов и размечтавшийся Петька изнемогают под градом насмешек и готовы провалиться сквозь землю. И тут умница Стеклов медленно говорит, словно размышляя вслух:

- Без занавесок можно обойтись. А вот тумбочки бы.... тумбочки очень нужно! Совсем другое дело будет. И вид другой.

- Да, тумбочки не помешали бы, - говорю я. - Только досок у нас нет, вот беда.

- А я знаю, где взять доски! - Это опять Репин. Он словно нарочно всякий раз старается нас озадачить.

Все оборачиваются к нему.

- Да, - повторяет он, не то чтобы нахально, но как-то усмешливо глядя мие в глаза, - я знаю, где взять доски. Давайте разберем забор и сделаем тумбочки.

"Ну-ка, что ты теперь скажешь?" - читаю я у него на лице.

Его неожиданную выдумку встречают так, словно он предложил повесить луну в комнате вместо лампы.

- Сообразил тоже! Как же без забора?

громче всех кричит Подсолнушкин, которого, сколько мне помнится, не слишком удерживают заборы.

Встречаю лукавый взгляд Репина. "Умен, - думаю, - умен, ничего не скажешь!" А вслух говорю:

- Вообще-то, как по-вашему: зачем существует забор? Он нужен, чтобы чужая свинья не забрела в огород, а не для того, чтобы заслонять большой кусок неба. На что же нам забор? А впрочем, может, вы разбежитесь?