Наконец покинуть больницу! Свобода! Ари заморгала от яркого солнечного света. На стоянке сверкали автомобили, над головой проносились авиалайнеры, кругом торопливо сновали толпы народу; в нос ударил запах бензина. Энн объясняла все, что видела Ари. Ари спрашивала и спрашивала, и с каждым новым вопросом все больше впадала в отчаяние. Все было чужим и незнакомым. Это ни капли не напоминало дом. Но что такое дом, она тоже представить себе не могла. Энн и Фрэнк помогли ей пересесть с коляски в фургончик, и они покатили на ранчо «Глетчеров ручей».

Ари вцепилась в холку Линкольна, пытаясь перебороть охвативший ее страх.

Фрэнк взял Ари на руки и усадил на заднее сиденье, а коляску сложил и сунул в багажник. Ари вцепилась свободной рукой в ремень над головой и всю дорогу до ранчо смотрела в окно. Машина быстро миновала центр города и выехала на автостраду, устремленную вперед, словно стрела в небо.

— Это дорога прямиком к нам, — пояснила Энн. — До ранчо минут двадцать. Ты хоть что-нибудь помнишь?

Но Ари ничего не помнила. Она не отнимала руку от «воротника» Линкольна. Машина съехала с автострады на пустынную грунтовую дорогу. Они уже колес или вдоль полей, засеянных хлебом и фиолетово-зеленой люцерной Наконец подъехали к тянущемуся в обе стороны забору из трех поперечных досок, выкрашенных белой краской. Над забором висела надпись «РАНЧО „ГЛЕТЧЕРОВ РУЧЕЙ“» со стрелкой, указывающей на восток.

Фрэнк свернул на петляющую дорожку из щебенки и гравия, и они поехали по ухабам к большому серому фермерскому дому, возвышающемуся на вершине холма. По склону холма были разбросаны длинные серые хозяйственные постройки с зелеными кровлями. Ари увидела пасущихся на залитых солнцем пастбищах лошадей.

— Сдается мне, первым делом ты хочешь увидеть Бега? — спросила Энн, поворачиваясь к Ари и глядя на нее поверх подголовника.