Жаклин. Что случилось?

Мак-Доннел. Ричард Роб-Ронсон лопнул как мыльный пузырь. Ни одна собака в мире больше не облизнется на три красных "Р"! Собачьи паштеты протухнут, фаршированные косточки сгниют на складах лежалых товаров. (Обращаясь к Макинтошу.) И вы будете еще утверждать, что все это для вас абсолютно неожиданно, что вы не предполагали, не ожидали финансового краха вашего дальнего родственника? Говорите! Да говорите же!

Макинтош (робко). Не ожидал. Честное слово! Впрочем, мне последнее время казалось, что Ричард чем-то озабочен...

Мак-Доннел. Теперь ему казалось! Почему вы не поинтересовались, чем же это он озабочен, если его собачьи консервы имеют спрос на мировом рынке?

Макинтош. У него и раньше были приступы ипохондрии, но они вызывались болезнью печени.

Мак-Доннел. Мы взыщем с вас все расходы, связанные с этим похищением.

Макинтош. Но я выполнил все условия. Я сам в какой-то степени пострадал. Я ведь был в доле, а теперь...

Мак-Доннел. А теперь вы заберете своего любимчика и увезете его в имение вашей троюродной сестры или... одним словом, я никогда еще не попадал в такое глупое положение. (Обращаясь к Жаклин.) А вы, Жаклин, потеряли чувство ответственности!

Жаклин. Я понимаю.

Мак-Доннел. Что вы должны были сделать?

Жаклин. Я должна была проверить финансовое положение фирмы "Три Р" раньше, чем мы приступили к осуществлению операции.

Мак-Доннел. Вы должны были разнюхать, а не проверить! Разнюхать во всех направлениях, включая его игру на бирже и в рулетку, к которой он последнее время начал проявлять нездоровый интерес! Вы должны были навести справки через все возможные каналы о платежеспособности фирмы "Три Р", обо всех денежных операциях фирмы и о всех ее махинациях с кониной и кошатиной. Конину они выдавали за свинину, а кошатину за говядину! Владельцам собак это пришлось не по вкусу.