"У-хх, гнусный Тунгата! - сжимал кулаки Вачинга. - Теперь берегись: ты отнял Инчуни, хотел сгноить меня в копях Тустлы и поплатишься за это кровью".

...Под шелест мелкого ночного дождя Аттэхе незаметно пробрался в тайное убежище Белого Отца. Пещера была вырыта в толще плато Ольмана, хорошо укреплена адобами и базальтовыми плитами. Пещера была просторной, сухой, вход в нее надежно скрывали густые заросли. Никто не знал о тайном убежище Белого Отца, кроме Аттэхе.

Сказитель сидел у дальней стены, жевал метельчатый шалфей - верное средство от ревматизма и простуды.

- Наступила пора возмездия, Аттэхе. - С кряхтеньем он прилег на травяную циновку, служившую постелью. - Но я не увижу, как падут дома и дворцы змееликих, ибо сильно устал от груза лет. Дрожат руки, подгибаются ноги... Я стар, очень стар! Пора уходить в страну мертвых.

- Живи, Отец... - ободрил его Аттэхе. - Без тебя грустно будет в сельве.

- Нет, Аттэхе. Мне уже виден конец тропы. Жить надо тебе ради людей Ягуара. И жить долго!

"А будет ли такой долгой моя тропа? - думал Аттэхе. - Вряд ли ожидает меня тихая старость на берегу звонкого ручья. Скоро огонь ярости сожжет змееликих, но пламя борьбы может опалить и меня..."

- Все, что здесь есть, оставляю тебе. Вот камень для наконечников, старик коснулся нуклеуса и кожаной сумки в изголовье. - Тут хранятся знаки, которые даровал Угэм. Священные таблички передаются из рода в род с начала времен. Так гласит предание. Так повелел Угэм, и горе тому нерадивому, кто не сохранит их. Проклятье сынов Ягуара падет на него!

- Понял, Отец. Сделаю все как нужно, если не погибну.

- Тебя охраняет мое заклятие, - убежденно сказал Белый Отец. - Есть у тебя хранитель-помощник. Он тоже знает тайну табличек.

- Теперь мне нужно уйти, - поднялся Аттэхе, - ибо ждет у ручья изгой Вачинга.

- Не верь ему, - предостерег Отец. - В его глазах - измена!

- Но он пока нужен, - сказал Аттэхе. - Он знает город и хитрости Плащеносных... И ты прав: он чужой, не наш, ему нельзя верить...