Они не обращали никакого внимания на корабль и стояли, сидели или лежали, не меняя позы — мужчины, женщины и дети, буквально прижатые плечом к плечу. Те из них, кто занимал участки у самой воды, располагались широкими кругами, внешнюю часть которых составляли мужчины, охраняя находящихся внутри женщин и детей.

— И так — вокруг всего материка, — сказал Стенка.

Карвер не в силах был ни ответить, ни оторвать глаза от смотрового экрана.

Каждые несколько минут людская масса начинала бурлить — это какая-либо из групп, находившихся слишком далеко от воды, начинала проталкиваться вперед, чтобы пробраться к воде, где находился источник пищи. Бурлящая масса отталкивала пришельцев, на периферии кругов завязывались кровавые схватки, беспощадные побоища, ведущиеся без всяких правил.

— Как? — прошептал Карв. — Как могло это все случиться?

— Может быть, здесь потерпел крушение звездолет, — принялся гадать Стенка. — А может, где-нибудь здесь жила семья смотрителя, которую бросили на произвол судьбы. Это, Карвер, должно быть, дети гипотетического фермера.

— И как же долго они здесь находятся?

— По крайней мере, не одну тысячу лет. А может быть, и все десять тысяч, хотя и такое число, как сто тысяч нельзя отрицать. Только вообрази себе, Карв, такое. На всей планете ничего нет, только горстка людей и океан, полный водорослей. Потом несколько сотен людей, потом сотни тысяч. Их никогда не подпустили бы к воде, не очистив от бактерий, чтобы не заразить культуру водорослей. Здесь не из чего изготавливать орудия труда, единственные доступные материалы — это камень и кость. У них нет возможности плавить руды, так как огня у них никогда не было — здесь нечему гореть. Они не знают ни болезней, ни противозачаточных средств, не знают никаких других занятий кроме размножения. Их численность возрастает катастрофически, подобно взрыву атомной бомбы. Потому что никто не страдает от голода, Карв. В течение тысяч лет на Сириусе-Б-4 не знали, что такое голод!