- А почему преступник всегда переносится на одно и то же время?

- Не знаю… возможно, это максимальная дальность действия его машины времени.

Физик посмотрел на приятеля в ожидании возражений, но Дженсен промолчал; его лицо отражало лихорадочную работу мысли.

- Когда я в детстве читал фантастику, - сказал полицейский, - то никогда не мог понять, почему хронопутешественники всегда заканчивают свой путь там же, где начали. Ведь за это время Земля должна была сдвинуться вдоль своей орбиты вокруг Солнца, а Солнце - переместиться из-за вращения Галактики. И так далее…

На ветровое стекло упали первые дождевые капли - несколько секунд, и по крыше «хонды» забарабанил ливень. Дженсен включил «дворники».

- Ты хочешь сказать, что путешествия во времени противоречат Принципу Относительности?.. - задумчиво сказал Фонтэн. - Может, машина времени поддерживает связь с каким-нибудь неподвижным объектом… использует его, так сказать, в качестве маяка?

- Слишком сложно, - Дженсен недоверчиво хмыкнул. - И кстати, куда девается воздух, заполняющий будущее местоположение хро-нопутешественника?

- Воздух?.. Вытесняется - и все. Если, к примеру, путешественник возникает на новом месте не сразу, а постепенно.

Слева от дороги возникло яркое световое пятно и едва видные сквозь пелену дождя журавли подъемных кранов.

- Через десять минут будем на месте, - полицейский повернулся к Фонтэну и улыбнулся: - Тогда и определим, возможны ли путешествия во времени… так сказать, экспериментальным путем.

Они свернули с шоссе; «хонда» помчалась по неширокой, плохо освещенной улице. Машин здесь почти не было, да и пешеходов тоже; лишь промокшие до нитки, расхристанные морячки толпились возле дверей обшарпанных баров или шатались по узким тротуарам. Каждый второй дом казался заброшенным: висящая клочьями краска, потрескавшаяся штукатурка, забитые досками или разбитые окна. Вдоль дороги кучками жались крикливо одетые девицы под пестрыми зонтиками.