Первым делом мы проверили записи видеокамеры у входа в Кривой тупик - однако ни до, ни после прихода Лопеса преступника в сером плаще и черном котелке не обнаружили (три проститутки приводили и уводили своих клиентов, но те оказались либо много выше, либо много ниже нашего подозреваемого). Мы тщательно обыскали все дома в злосчастном тупике и допросили всех квартирующих там девиц - но ничего полезного не узнали. В принципе, мы допускали, что Лопеса и женщин могли убить разные люди - однако такую версию исключили эксперты, подтвердившие, что все три убийства были совершены одним и тем же оружием: хирургическим скальпелем. Более того, рядом с телом Лопеса обнаружился отпечаток ботинка - новый отпечаток, но при этом совпадавший с одним из уже имевшихся.

Нам стало ясно: преступник возвращался на место преступления.

На всякий случай поясню, что многие серийные убийцы имеют обыкновение возвращаться на место преступления, так что сам по себе этот факт никого не удивил. Однако почему злоумышленник полез в квартиру именно тогда, когда там был Лопес? Ведь сломанные, но не снятые с двери печати ясно говорили о присутствии полицейских! Впрочем, в этом деле имелось много необъяснимых фактов… так или иначе, мы оставили в квартире засаду, которая прождала преступника еще две недели - но, увы, безрезультатно.

А потом была убита третья девица.

Она погибла так же, как первая: не в квартире, а под открытым небом - в Парусном тупике… после чего, собственно, газеты и окрестили преступника Тупиковым Потрошителем. Дело обстояло так: прохожие, находившиеся на главной улице, услыхали крики; мужчины посмелее откликнулись на зов - и обнаружили труп. Преступника они не видели, и видеокамеры там тоже не было, однако почерк убийцы говорил сам за себя: живот несчастной вскрыт скальпелем, голова почти отделена от тела. И опять никаких свидетелей; очевидно, преступник специально выслеживал проституток-одиночек. Имея в виду, что в прошлый раз убийца возвращался на место преступления, мы оставили в Парусном тупике засаду: двое полицейских просидели в одном из заброшенных домов три недели, но потом я их отозвал. Новых улик за это время тоже не появилось.