Некоторое время я просто таращился. Потом, не отводя взгляд от пола, потянулся к гиперфону.

— Беовульф Шеффер?

— Нет, это Альберт Эйнштейн. Я проник на «Далекий прицел» при отправлении.

— Предоставление ложных сведений — грубое нарушение контракта. Почему вы вышли на связь?

— Я вижу Ядро.

— Это не причина для связи. Ваш контракт подразумевает, что вы должны увидеть Ядро.

— Черт подери, неужто вам дела нет? Вы не хотите знать, как оно выглядит?

— Если вы хотите описать его теперь же в качестве предосторожности на случай несчастья, я переключу вас на диктофон. Однако если ваша миссия не окажется вполне успешной, мы не сможем воспользоваться этой записью.

Я придумывал по-настоящему убийственный ответ, когда услыхал щелчок. Чудесно, мой наниматель подключил меня к диктофону. Я произнес одну короткую фразу и повесил трубку.

Ядро.

Заслоняющие видимость массы пыли и газа исчезли. Миллиард лет назад, должно быть, они были употреблены в топливо жадными, теснящими друг друга звездами. Ядро лежало передо мной, словно огромная, усыпанная драгоценными камнями сфера. Я ждал, что оно появится постепенно — как бы густая масса звезд, истончающаяся и переходящая в рукава. Но никакого плавного перехода не оказалось. Чистейший шар разноцветного сияния пяти или шести световых лет в поперечнике угнездился в самом центре галактики, четко ограниченный последними пылевыми облаками. Я находился в десяти тысячах четырехстах световых годах от центра.

Красные звезды были самыми крупными и самыми яркими. Я буквально видел некоторые из них в отдельности. Остальное было смесью синего и зеленого света. Но эти красные звезды… Альдебаран перед ними был сосунком.

И все это такое яркое. Мне понадобился бы телескоп, чтобы различить черное пространство меж звезд.